Военкомат ошибся, а прокуратура спряталась

9.04.2018
Призывная комиссия военкомата

Призывная комиссия Санкт-Петербурга не принимает незаконных решений — она просто поставила на поток совершение технических ошибок

Призывная комиссия военкомата

Трое питерских призывников вскрыли противоречие в двух документах, которыми руководствуются призывные комиссии субъектов РФ. Оказалось, что комиссиигодами работают вне правового поля — и этот факт подтвердила прокурорская проверка.

Но так как у прокуратуры Санкт-Петербурга недостаточно веса, чтобы вмешиваться в сложившуюся практику работы военного ведомства, она от наведения порядка в этом вопросе устранилась. Теперь сотрудники прокуратуры прячутся от призывников и их семей, а призывные комиссиипродолжают работать так, словно закон им не писан.

Началась эта история еще в 2013 году. Двое призывников из Выборгского района, Святослав Родионов и Сергей Морев, были признаны районным военкоматом ограниченно годными к военной службе (категория «В»). То есть по состоянию здоровья они освобождались от призыва, им обязаны были выдать военные билеты.

Далее дела ребят рассмотрела городская призывная комиссия, и вынесла решение отправить их на контрольное медицинское освидетельствование (КМО). Это означает, что врачам городской комиссии почему-то не понравились медицинские документы парней (хотя у районной вопросов не возникло), и они решили их перепроверить.

Решение о направлении на КМО каждый год принимается в отношении десятков призывников в любом из субъектов РФ. Это сложившаяся практика.

Между тем, в законе «О воинской обязанности и военной службе» такое решение призывной комиссии не предусмотрено! Пункт 1 ст. 28 закона дает исчерпывающий перечень возможных решений: комиссия может призвать гражданина в армию, направить на альтернативную службу, зачислить в запас и т.д. Но она не имеет права направлять его на КМО — такого варианта в законе нет!

Зато он есть в Положении о военно-врачебной экспертизе, утвержденном Постановлением Правительства РФ от 4 июля 2013 года № 565. В п. 22 Положения утверждается, что «по решению призывной комиссии субъекта РФ контрольное освидетельствование граждан, получивших отсрочку или освобождение от призыва по состоянию здоровья, может проводиться…»

И хотя федеральный закон юридически сильнее постановления правительства — на практике военкоматы пользуются своим положением. И на закон внимания не обращают.

Этот факт давно известен правозащитникам, в таком случае они рекомендуют призывникам немедленно обращаться в суд и оспаривать решение о направлении на КМО как незаконное.

Именно так и поступила семья Родионова. Суды продолжались несколько лет.

Зал судебного заседания

Зал судебного заседания. Фото: oblsud.orl.sudrf.ru

Естественно, в военкоматах тоже знают, что направление на КМО является незаконным. В суде представитель военкомата Петербурга Усов А.С. так и сказал: «Закон не предусматривает такого решения как вызов на очное КМО». Протокол заседания призывной комиссии, где черным по белому написано, что 86 молодых петербуржцев направляются на КМО, он попросил считать «технической ошибкой». Самое смешное, что суд в эту «техническую ошибку» поверил!

Так какое же решение приняла городская комиссия в отношении ребят, если направление на КМО было технической ошибкой? — спросили у Усова в суде. «Решение, предусмотренное законом, не принималось», — ответил представитель военного комиссариата Санкт-Петербурга.

То есть фактически Горвоенкомат устами Усова заявил, что призывная комиссия города зря ест свой хлеб. Рассматривали-рассматривали, какие-то замечания куда-то вносили, а решения… никакого не приняли!

Несмотря на этот бред, Выборгский районный суд все-таки вынес решение в пользу военкомата: якобы Родионов отказался предоставлять городской комиссии какие-то рентгеновские снимки. Даже если бы это было правдой, комиссия Петербурга обязана была принять решение: например, отменить решение районной комиссии и заставить Родионова еще раз проходить медкомиссию в районе.

Получается, что ребят нарочно загоняют в серую зону, где не действуют законы. Решение о направлении на КМО выносятся регулярно, на каждом заседании городской призывной комиссии.

Большинство покорно соглашается проходить незаконную процедуру. Если же кто-то пытается оспорить незаконное решение комиссии в суде — официальная позиция военкомата меняется! Оказывается, что никакого направления на КМО в действительности не было, это лишь техническая ошибка. В результате оказывается, что действия призывной комиссии невозможно оспорить, потому что они существуют вне правового поля.

В 2016 году в команду к Родионову и Мореву вошел еще и Павел Кондратьев — призывник из Красносельского района. У него абсолютно аналогичная история: в 2014 году районная комиссия поставила категорию «В», а городская направила на КМО.

Родионов, Морев и Кондратьев продолжали жаловаться во все возможные инстанции. Наконец отреагировал уполномоченный по правам человека в Петербурге Александр Шишлов. Он переслал коллективное заявление троих молодых людей в прокуратуру Санкт-Петербурга.

И тогда случилось страшное! Прокуратура совершила непоправимую ошибку — отработала заявление по закону.

Маме Святослава Родионова пришел ответ № 7-3557-2016 от 18.10.2016, о котором подписавший его А.М. Гриманов (тогда и.о. замначальника управления по надзору за исполнением федерального законодательства Прокуратуры СПб) наверняка не раз потом пожалел.

В ответе написано, что, как установила прокурорская проверка, права Морева, Кондратьева и Родионова были нарушены городской призывной комиссией. «На заседаниях комиссии 31.12.2013 и 31.12.2014 предложений и замечаний от членов комиссии не поступало, предоставленные призывниками документы не были приняты во внимание, что привело к принятию комиссией не предусмотренных законодательством решений о представлении Кондратьева, Родионова, Морева на очное контрольно-медицинское освидетельствование», — пишет Гриманов.

А дальше он уведомил заявителей, что выявленные факты нарушений закона будут включены в обобщенное представление прокуратуры на имя председателя призывной комиссии СПб — Губернатора Санкт-Петербурга. Устранение нарушений будет поставлено на контроль. С результатами рассмотрения принятых мер заявители вправе ознакомиться в прокуратуре после 1 ноября 2016 года.

Но все эти обещания Гриманова выполнены не были!

С результатами рассмотрения заявители не могут ознакомиться до сих пор. Контроля никакого со стороны прокуратуры не заметно. И что было написано в обобщенном представлении на имя губернатора Полтавченко — до сих пор неизвестно (как неизвестно, было ли такое представление вообще составлено и отправлено, или его зарубили еще на этапе согласований).

Сначала прокуратура, по словам семей трех призывников, охотно шла на контакт. Старший прокурор 7 управления Светлакова М.М. говорила, что их вопрос решен положительно, скоро парням выдадут военные билеты. И даже оставила номер своего мобильного телефона.

Но после наступления ключевой даты — 1 ноября 2016 года, когда заявители получили право ознакомиться с материалами надзорного производства — все перевернулось на 180 градусов! Светлакова от них стала прятаться, Гриманов назначил встречу, на которую «не смог прийти».

Ответы на многочисленные жалобы и требования о знакомстве с материалами проверки стали приходить нерегулярно, а обжаловать их стало фактически невозможно. Например, 20 апреля 2017 года заявители пришли на встречу к зампрокурора города Харченкову Д.Н., чтобы обжаловать очередной, уже отрицательный, ответ Гриманова. В ответе так и было написано: можете обжаловать вышестоящему сотруднику прокуратуры. Но к Харченкову их все равно не пустили!

«Вместо того, чтобы в соответствии с нашим законным правом пропустить нас на прием к Харченкову Д.Н., дежурный прокурор стал звонить начальнику 7-го управления Гриманову, с ответом которого мы не согласны. Он объяснил цель нашего визита Гриманову А.М., на что получил по телефону указание — не пускать! Объяснять, на каком основании нас не допускают на прием к Харченкову, дежурный прокурор Катышев Д.В. не стал, сказал, что начальник 7-го управления не велел пропускать», — пишут Морев, Кондратьев и Родионов в своем заявлении в Генпрокуратуру.

Кстати, все жалобы в Москву пока что возвращаются в Петербург — прокурору города Литвиненко. Хотя от Литвиненко они уже тоже получали отписки, и именно на него жаловались в Генпрокуратуру.

Уже почти два года служители Фемиды всех уровней делают вид, что никакого представления они выкатывать губернатору не собирались, и никаких нарушений в действиях военкоматчиков не нашли.

Что же произошло? Почему прокуратура ведет себя так странно?

Во-первых, это может быть связано с тем, что протокол заседания призывной комиссии Санкт-Петербурга, который прокуратура сочла незаконным, подписывает не кто-нибудь, а председатель призывной комиссии — по совместительству губернатор Санкт-Петербурга Георгий Полтавченко. На протоколе № 46 от 31.12.2013, о котором идет речь, действительно стоит его подпись.

Вполне возможно, что законные требования прокуратуры натолкнулись на неписаное правило: губернатор не может совершать ошибок. И неписаное правило победило закон.

Второе предположение касается собственно военкоматов. Они привыкли работать так, будто они выше закона. Система неплохо справляется: пусть решение «направить на КМО» и незаконное — но подавляющее большинство призывников ему подчиняется. А несколько отщепенцев… да Бог с ними, они Минобороны не волнуют.

Зачем что-то менять, зря теребить начальство в Москве, заставлять его переписывать положения или законы? У чиновников всегда в голове сидит главное правило: инициатива наказуема. Если начальство само не затевает реформ, сиди тихо, выходи из ситуации как можешь. Вот они и выходят.

Между тем история Морева, Кондратьева и Родионова становится все безумнее. В конце 2017 года военкомат отменил решения районных призывных комиссий о присвоении им категории «В», принятые уже пять лет назад.

Военный комиссар Петербурга Качковский 8 ноября 2017 года сообщает маме призывника, Светлане Родионовой: решения призывных комиссий в отношении Родионова, Морева, Кондратьева отменены «как нереализованные, поскольку эти решения не были утверждены призывной комиссией города Санкт-Петербурга, ввиду систематической неявки данных лиц на контрольное медицинское освидетельствование (т.е. то самое КМО — прим. авт.), на которое они неоднократно вызывались, и Вам об этом сообщалось в ответах на Ваши многочисленные жалобы».

Давайте попытаемся понять логику военного комиссара (осторожно, может вызвать необратимые повреждения мыслительного аппарата).

  1. Районные призывные комиссии ставят ребятам категорию «В».
  2. Городская комиссия отправляет их на КМО.
  3. Военкомат в суде признает, что отправка молодых людей на КМО была технической ошибкой, решение по ним на самом деле не принято.
  4. Военкомат отменяет решения районных комиссий (см. п. 1), потому что ребята так и не явились на КМО. Куда их неоднократно вызывали. Хотя направление туда было технической ошибкой. И вообще незаконно — что военкомат признал. Но на КМО все равно вызывал неоднократно.

Очевидно, что теперь Морев, Кондратьев и Родионов будут обжаловать эту последнюю отмену в суде. И, скорее всего, опять проиграют. Хорошо в этой истории то, что незаконно призвать парней уже не получится: еще через пару лет этой тягомотины им исполнится по 27 лет.

Плохо то, что они до сих пор не могут получить военные билеты, что существенно усложняет им жизнь.

А еще хуже то, что никому из чиновников или надзирающих над ними прокуроров нет дела до того, что положение противоречит закону. И что из-за этого страдают люди.

«Нужно изменить либо закон, либо положение, — уверена правозащитница Оксана Парамонова из «Солдатских матерей Санкт-Петербурга». — Причем, с нашей точки зрения, не столь важно, что именно менять — главное устранить противоречие. Чтобы люди не попадали в ситуацию, когда им приходится обжаловать незаконные решения комиссий, которые все равно принимаются и будут приниматься, и на которые суды и прокуратура уже традиционно закрывают глаза. Не имея возможности реализовать свои законные права, они на целые годы оказываются в подвешенном состоянии, что фактически разрушает судьбы целых семей».

 

Анджей БЕЛОВРАНИН